Руджер Бошкович в Риме

В 1726 году Бошковича приняли в Римскую коллегию. Учрежденная еще в середине XVI века, она была не только главной иезуитской школой, но и лучшей по уровню преподавания физико-математических дисциплин. Коллегия располагала большой библиотекой, здесь находился первый в мире музей естественной истории, названный в честь его основателя Атаназиуса Кирхера «Музеум Кирхерианум». Благотворное влияние на будущего ученого оказали в Римской коллегии его учителя — физик Карло Ночетти и математик Орацио Боргондио. Последний издал несколько трактатов по астрономии, выдержанных в духе ньютонианства, что было довольно смело для первой трети XVIII века. Завершив курс наук и став полноправным членом ордена иезуитов, Бошкович в 1732 году получил право преподавать в младших классах. Сначала он работал в небольшом городе Фермо, затем вернулся в Рим, а с 1740 года возглавил в Римской коллегии кафедру математики.


Написанное в форме поэмы первое сочинение Бошковича «О солнечных и лунных затмениях» свидетельствует не только о его умении наблюдать и осмысливать природные явления, но и о недюжинном поэтическом даре. В 1735 году во время церемонии вступления в должность преподавателя Римской коллегии он продекламировал гекзаметры своей поэмы, содержавшей тогда не более 300 стихов. Позднее он включил в нее рассуждения о затмениях июня — июля 1748 года и другие материалы. В завершенном виде поэма опубликована в Лондоне в 1760 году с посвящением Королевскому обществу (он был избран его членом в январе следующего года). Небезынтересно, что автор поэмы рассуждает о своеобразном красноватом цвете, которым слегка окрашивается Луна во время затмений, и приводит доказательства отсутствия атмосферы на спутнике Земли. На блистательной латыни Бошкович расточал в поэме похвалы Ньютону. Лейпцигский научный журнал «Nova Acta Eruditorum» писал о поэме: «Если бы книга в целом не была столь совершенна и точна в математике и физике, можно было принять ее за сочинение времен Августа».


Еще до своего назначения на кафедру математики в Римской коллегии Бошкович привлек к себе внимание ученого мира несколькими оригинальными публикациями. В 1737 году вышла брошюра о прохождении Меркурия по диску Солнца 11 ноября 1736 года — отчет о первых астрономических наблюдениях Бошковича. Об этом узнал Жозеф Никола Делиль. Незадолго до возвращения во Францию из России, где 20 лет работал в Академии наук, Делиль писал из Петербурга директору Венской обсерватории Дж. Дж. Маринони: «Мне все еще не достает подробностей наблюдения прохождения Меркурия в 1736 году, выполненного в Риме иезуитами, о котором говорится в диссертации (Бошковича. — Г. Ц.). Поскольку научные журналы утверждают, что это сочинение содержит кроме описания наблюдения еще и метод вычислений и другие любопытные примечания, Вы меня весьма обрадовали бы присылкой одного экземпляра». Вернувшись в Париж, Делиль с этой просьбой обращается к самому Бошко-вичу, но не получает экземпляра сочинения, правда, по не зависящей от Бошковича причине.


В 1736—1740 годах увидели свет по крайней мере еще восемь научных работ Бошковича. В диссертации «О солнечных пятнах» (1736 год) он предложил «два метода для определения исходных данных его вращения вокруг оси по трем положениям одного из пятен, используя в первом методе графическое построение, а во втором — прямолинейную тригонометрию». Через год выходит его трактат «Построение сферической тригонометрии», где даны простые графические решения шести основных уравнений сферической тригонометрии и выделено четыре из них, которые почти без изменений применяются и в наше время. В сочинении, изданном в 1739 году в Риме и через год перепечатанном в Лейпциге, — «О новом телескопе» — Бошкович описал изобретенный им кольцевой микрометр. Это изобретение обычно связывается с именем француза А. Рошона.


В ночь на 16 декабря 1737 года во всей Италии было видно яркое полярное сияние, а в 1738 году вышла брошюра Бошковича «О северном сиянии», где он высказал свои догадки о причинах загадочного явления. Семью годами раньше в Париже вышел «Физический и исторический трактат о северном сиянии» Ж. Ж. Дорту де Мерана. Оказалось, что «гипотеза» Мерана о природе полярных сияний совпадает с выводами, независимо сделанными его коллегой из наблюдений в Италии. Меран и Бошкович объясняли северное сияние «двойным отражением солнечных лучей, одно — от покрытых снегом северных земель, другое — от верхних частей атмосферы». Трактат Мерана тогда подвергался резкой критике, но нашел существенную поддержку в диссертации «преподобного отца Бошковича». Между учеными завязалась переписка, и неудивительно, что 4 мая 1748 года по представлению Мерана «профессор математики в Риме отец Бошкович» был избран чле-ном-корреспондентом Парижской Академии наук.


Бошковичу принадлежит и заслуга разработки в 1746 году метода вычисления комет-ных орбит, который составил основу всех последующих трудов в этой области. Позднее свой метод он применил для уточнения орбитальных элементов планеты Уран, открытой В. Гершелем в 1781 году. Некоторые астрономы считали ее кометой с параболической орбитой. Посетите бизнес тренинги организованные предпринимателем Максом Поляковым